Выделите текст, чтобы комментировать.
Стадность — великое начало существования. Здесь и опора, здесь и зависимость.
Хорошо, когда есть видение, что у любого начала есть начало и конец. И это не две противоположности, это два закономерных явления. Как у «палки — два конца».
Только это создаёт совсем другие традиции.
Помимо того, что среднестатистический человек, в общем и целом нацелен на выживание, ко всему прочему в нашем обществе укоренилось одно отношение к жизни - пессимистичное, угрюмое, безнадёжное. Когда не до высокого.
Но всегда хочется смотреть в середину. Искать её, создавать, верить и надеяться.
Середина как точка отсчёта, на которую мы опираться не привыкли. Мы не умеем.
Мы слишком глубоко застряли в мрачном и безрадостном отношении ко всему.
Да, конечно, в жизни так много прекрасного, весёлого, интересного. Можно улыбаться и кричать: «Как красива, как прекрасна жизнь!». Что мы все регулярно и делаем. Мы создаём для себя условия удобной, приятной, комфортной жизни.
Но так никому и не удавалось зафиксировать в себе эту точку. Середину. Хотя нет, это уже обратная сторона противоположного образа мышления.
Мы больше нацелены на критику, требования, самопожертвование, уныние.
Стадность в данном контексте — это однотипный, похожий, общий. Это и про поведение, и про образ мыслей, взгляды.
Очень много труда по итогу уходит на то, чтобы стараться не делать, как другие, или не думать, как они.
Но здесь же и ответственность от слова «должны».
Мы должны быть и жить как все. Только в этом случае будет обоюдность, взаимность и результат, который формируется очень просто — как все, так и ты. Если эта цепочка нарушится, включается другой механизм, который нарушает общий процесс существования. То есть «Я не знаю как». Спрошу, подсмотрю, посоветуюсь. И снова идёт всё своим чередом.
Но социальное требование как ответственность не подразумевает человеческих качеств, проявлений, особенностей. Это просто автоматический процесс необходимых мероприятий.
Здесь стадность может быть врагом как нежелание проявлять собственный пример.
Но как можно проявить себя, если я не умею по-другому жить. И снова круг замыкается на одном стандарте, этом стереотипном мышлении.
Так много говорят и пишут о психологии толпы, словно критикуют это явление. Но всё равно та точка, от которой мы отталкиваемся находится именно в ней. В толпе.
Толпа — это публика. И ничего в ней особенного и пагубного нет. Она всегда одержима какой-то идеей, мыслью, планом.
Главное — дело в характере каждого, кто в ней находится.
Характер – это издержки.
И воспитания, и опыта, и социального благополучия.
И здесь человеку больше не за что зацепиться. Ведь глобально всё плохо. И лучше не будет. Говорят, было лучше. Но об этом вряд ли кто‑то скажет по-настоящему. Сравнение не даёт оправданий. Сравнение может помочь найти факт доказательства того, что надо держаться. И у кого‑то в хорошем смысле, у кого‑то по-другому.
Дело только в том, что человек выносит из этой толпы и что в неё вносит.
Не надо век учиться, чтобы обрести одно понимание — толпе можно подражать, а можно у неё учиться.
И здесь вариаций множество. Только через не.
