Выделите текст, чтобы комментировать.
18 декабря 2023 года выдалось в Минеральных Водах пасмурным. Выпавший накануне первый снег лежал на потемневших дубовых бочках, выстроенных трехэтажными пирамидами во дворе недавно построенного завода Alvisa Whisky Distillery. Открывать предприятие приехали чиновники из Минэкономразвития и правительства Ставропольского края.
Зайдя в цех, они перерезали торжественно ленту и вместе с гендиректором группы компаний «Алвиса» Дмитрием Новицким повернули кран внушительного перегонного аппарата, после чего по системе труб побежал дистиллят первой в России вискокурни полного цикла. Если раньше в Минводах «Алвиса» только разливала напиток, произведенный в Шотландии, то теперь контролирует всю производственную цепочку: от ставропольского зерна до марочного виски, выдержанного в бочках как минимум три года.
Собственным брендом виски в России уже сложно удивить, такой есть почти у каждого производителя крепкого алкоголя из первой десятки. Но в портфеле «Алвисы» весь джентльменский набор: она также производит водку, джин, ром и тихие вина, но основной бизнес — бренди. Коньячный бренд «Старейшина», который «Алвиса» вывела на рынок в первой половине 2000-х, стабильно входит в тройку самых популярных в стране. Несколько лет назад группа приобрела многолетнего конкурента — бренд «Киновский» — и по продажам превратилась в бесспорный №1 на рынке. При общем производстве в 4,68 млн дал (1 декалитр равен 10 л) в прошлом году она продала 2,5 млн дал коньяков «Старейшина» и «Киновский», это почти 18% всего рынка. А по объему выручки (24,8 млрд рублей без учета акцизов и НДС) уступила только публичной Novabev Group (34 млрд рублей).
Несмотря на масштаб бизнеса, основной владелец «Алвисы», уроженец Дагестана Камиль Аскендеров, старательно избегает публичности: 58-летний коньячный король не посещает даже редкие публичные мероприятия своих компаний, не дает интервью, а единственная фотография Аскендерова, которую можно найти в открытом доступе, содержится в меморандуме к выпуску «Алвисой» облигаций 18-летней давности.
Другое дело — младший брат Камиля Заур. Братья начинали строить бизнес вместе, а потом Заур ушел в политику: он был депутатом Госдумы, а сейчас возглавляет Народное собрание Республики Дагестан. «Это компания полного цикла, — отзывается об «Алвисе» владелец бренд-агентства Kaufman и создатель водочного бренда «Путинка» Станислав Кауфман. — Люди, которые ею управляют, на рынке давно, с большими связями и ведут бизнес серьезно». Камиль и Заур Аскендеровы не ответили на вопросы для этой статьи.
Поговорив с десятком собеседников на российском рынке, Forbes выяснил, как была создана эта «непростая» компания.
Братья-виноделы
Аскендеровы — потомственные виноделы. Их отец Асев начинал карьеру простым виноградарем, работал на винодельческих предприятиях Дагестанской АССР, например на Кизлярском винно-коньячном заводе, где участвовал в создании коньяка «Букет Дагестана». Один из собеседников Forbes на алкогольном рынке вспоминает Асева Аскендерова как «штучного специалиста»: «Это был высокопрофессиональный технолог, очень известный в Советском Союзе винодел. Таких было всего несколько в стране — на комбинате по производству вин Cricova в Молдавии, в Крыму, в Армении, ну и в Дагестане».
Родившийся в 1966 году Камиль Аскендеров с 1983 по 1992 год (с перерывом на службу в армии) учился в московском Всесоюзном заочном институте пищевой промышленности по специальности «производство виноделия». Параллельно с сессиями работал наладчиком винодельческого оборудования — сначала у отца на виноградарском заводе совхоза имени Шамсулы Алиева, а с 1987 года — на Московском комбинате шампанских вин.
В это же время в Москву перебрался и Заур: в столице он поступил в ПТУ, параллельно устроившись обвальщиком на Микояновский мясокомбинат. В дальнейшей в биографии Заура Аскендерова пробел длиною в полтора десятилетия. Одна из его официальных биографий утверждает, что после окончания ПТУ он перебрался в Ставропольский край, где работал на руководящих должностях на крупных производственных предприятиях. А вот Камиль в середине 1990-х основал дистрибуторскую компанию «Дом вина Дионис». Младшим партнером в «Доме вина», из которого впоследствии выросла «Алвиса», был бизнесмен Сергей Чистохин. Сегодня он не имеет отношения к алкогольному бизнесу и управляет аквапарком «Фэнтези» в московском районе Марьино, в который «Дом вина» инвестировал в начале 2000-х. В одном из редких интервью в 2007 году именно Чистохин приоткрывал некоторые подробности биографии своего непубличного партнера и рассказывал, как из торговцев алкоголем он и Аскендеров превратились в его производителей. Такая возможность подвернулась после дефолта 1998 года.
Российские виноделы тогда переживали не лучшие времена. Еще во время горбачевской антиалкогольной кампании существенная часть виноградников в СССР была вырублена, к концу 1990-х отрасль не восстановилась, около 80% продукции и виноматериала закупалось в Молдавии и Грузии. После дефолта курс доллара вырос почти втрое, импорт остановился, оптовики разорялись, производители вина и коньяка оказались в сложной ситуации.
«После кризиса многие российские коньячные заводы находились в плачевном состоянии. Мы приняли решение обзавестись собственным предприятием, чтобы иметь возможность контролировать качество продукции», — рассказывал Чистохин. В условиях кризиса алкогольные предприятия продавались почти за бесценок, и «Дом вина» стал владельцем двух заводов в Ставропольском крае, где как раз в то время работал на «крупных производственных предприятиях» Заур Аскендеров, — основанного в 1947 году Ставропольского винно-коньячного завода (СВКЗ) и Минераловодского завода минеральных вин и напитков, который занимался в том числе контрактным розливом коньяков.
Чтобы перезапустить производство, потребовалось несколько лет. Под Минводами партнеры в 2001 году запустили производство минеральной воды «Артези», а на ставропольском заводе в 2002 году начался выпуск коньяков «Барклай-де-Толли», «Бородино», «Кремлевский», «Золотая выдержка» и с 2004 года — будущего флагманского бренда «Старейшина». Производственный бизнес Чистохин и Аскендеров объединили под брендом «Юнивэй групп». Как минимум с начала 2000-х в управлении «Юнивэй групп» участвовал и Заур Аскендеров.
Проект «Артези» в итоге оказался убыточным, в 2003 году его заморозили и какое-то время даже искали покупателя на минераловодский завод. А вот алкогольный бизнес «Юнивэй групп» пошел в гору. По итогам 2006 года СВКЗ произвел 360 000 дал коньяков (при общей мощности в 900 000 дал) и по этому показателю был третьим в стране с долей рынка 7,6%. Параллельно «Юнивэй групп» расширяла бизнес: в 2005 году запустила под Ставрополем производство вермутов под маркой Delasy, а минераловодский завод к 2007-му переоборудовала под выпуск тихих вин (бренды «Монастырская трапеза» и Gusto Vino).
Реконструкция одного только СВКЗ обошлась почти в €15 млн. Как вспоминает президент Ассоциации кавистов (специалистов по алкоголю) Алексей Соловьев, работавший в первой половине 2000-х в команде реконструкции завода, участие в ней принимали специалисты из Испании. «Там были старые здания, которые при помощи консультаций испанцев полностью обновили, в коньячном цехе сделали все автоматизированное, — говорит Соловьев. — На линейке вермута стоял специальный автомат: 20 г того, 30 г этого, а ты просто программу задал, и он сам замешивал нужные травы — все, что нужно». На вступительном собеседовании, вспоминает Соловьев, с ним общался Камиль Аскендеров, но затем он познакомился и с Зауром, который тоже был вовлечен в бизнес. «Они показались мне вдумчивыми, задавали грамотные вопросы, внимательно слушали и было видно, что очень верят в новую команду завода», — вспоминает Соловьев опыт общения с братьями Аскендеровыми.
Еще один источник на алкогольном рынке подтверждает, что Заур Аскендеров как минимум с начала 2000-х был полноценным участником бизнеса «Юнивэй». Откуда у братьев появились деньги на запуск производства и модернизацию? Стартовый капитал братьям Аскендеровым мог дать отец, считает источник, а вот помог на первом этапе земляк и будущий миллиардер Сулейман Керимов. Помощь Керимова была неформальной, утверждает собеседник Forbes: «Вы же понимаете, что иногда в бизнесе даже словесная поддержка важна. Например, выступить поручителем, чтобы кредит под меньшие проценты дали».
Заур Аскендеров действительно хорошо знаком с Керимовым. Например, в 2021 году, когда депутаты Народного собрания Дагестана наделили Керимова полномочиями представителя от республики в Совете Федерации, именно Заур Аскендеров внес его кандидатуру на рассмотрение. Но политической сферой общение не ограничивалось.
Фамилии Аскендерова и Керимова упоминались в документах Лондонского международного арбитража, который рассматривал конфликт между основателем грузоперевочзика «Деловые линии» Александром Богатиковым и его бывшим партнером Михаилом Хабаровым. По данным суда, в 2016 году «Деловые линии» столкнулись с претензиями налоговиков, уладить их удалось в итоге при участии Заура Аскендерова. На одной из встреч с ним Богатиков заметил, что ищет новых партнеров. Уже на следующей встрече присутствовали Керимов и его бывший топ-менеджер Татьяна Башмакова. Она впоследствии и стала совладельцем «Деловых линий».
